Гончар, который не оставляет отпечатков пальцев

Артур Альбертович обожал наблюдать за работой дедушки. У старого мастера был ножной гончарный круг (сейчас в ходу другие — с электроприводом).

 

— Дед вставал в четыре утра, работал до двенадцати, а потом занимался своими делами, — вспоминает Артур Альбертович. — Этого хватало, чтобы прокормить семью.

 

Отец Артура тоже увлекался работой за гончарным кругом, но для него это было только хобби. В рабочее же время он занимался системами орошения, сидел в кабинете и сыну желал того же.

 

— Он был категорически против того, чтобы я стал гончаром и долгое время не разрешал мне работать за кругом, — вспоминает Артур Маргарян. — Собственно, нас четверо братьев — и никто, кроме меня, не пошел по стопам предков. Я садился за круг только когда отец был на работе, потом тщательно убирал за собой: нужно было, чтобы круг успел просохнуть. Так продолжалось около пяти лет. С 8 до 12 лет я учился тайком, а потом сделал кувшин с лепниной — первый достойный экспонат — и показал отцу. Он посмотрел и сказал: «Хорошая работа».

 

Артур не только гончар, но и художник. Любовь к живописи возникла внезапно. И большую роль в этом сыграл, опять же, обожаемый дед.

 

— Я помню, к нам домой приехал студент-художник. В качестве дипломной работы он решил нарисовать моего деда за работой. Я наблюдал, как он наносит мазки, как выводит каждую жилку. Сходство было поразительным: вот он — дед на картине, а вот он — мой живой дед. Тогда я решил, что обязательно буду рисовать.

 

За дипломную работу студент получил пятерку. Картина под названием «Гончар» сейчас хранится в армянской национальной галерее…

 

В начале 90-х годов семья покинула историческую родину. Из-за развала советского Союза в стране начались волнения, работы не было и люди стали разъезжаться в поисках лучшей доли. Так Артур Альбертович и все его братья оказались на волгоградской земле, пополнив и без того многочисленную армянскую общину. В настоящее время он преподает в волгоградской школе искусств и считается одним из лучших гончаров в округе.

 

В арсенале потомственного ремесленника есть немало секретов, которые позволяют добиваться лучшего результата при наименьших затратах. Например. В Волгоградской области есть залежи так называемой шоколадной глины.

 

— Для того, чтобы делать из нее прочные керамические изделия, ей нужно пролежать еще как минимум сто лет, — говорит Артур Альбертович. — Но есть технология, которая позволяет существенно ускорить этот процесс. Я довожу ее до кондиции путем заморозки-разморозки, механической обработки. Конечно, это трудоемкий процесс. Но кто не знает этого секрета, тот покупает ростовскую глину или еще дальше…

 

В обработке готовых изделий также немало эксклюзивных решений. Но выкладывать всю поднаготную ни один мастер, конечно же, не станет. Иначе можно обрести конкурентов. Между тем спрос на керамику ручной работы и так не очень-то высок.

 

— Многие не видят разницы между литым цветочным горшком и горшком, сделанным за гончарным кругом. А если не видно разницы, зачем платить больше, как говорится в известной рекламе. К тому же меня все время упрекают в том, что мои работы слишком гладкие. А что: если руками — значит должны быть отпечатки пальцев?

 

Самый ходовой товар у гончаров — посуда. Здесь преимущества керамики неоспоримы. Если налить в глиняную крынку молоко, оно простоит гораздо дольше, чем, например, в стеклянном кувшине.

 

— Глина дышит, — говорит Артур Альбертович. — Молоко проходит сквозь поры в стенках, на поверхности крынки появляется конденсат. Испаряясь, влага охлаждает посуду и соответственно содержимое. Раньше и холодильников не было, а молок хранили подолгу и много.

 

Сегодня интерес к глиняной посуде постепенно растет. Некоторые заказывают Артуру Маргаряну целые сервизы. Впрочем, мастером движет отнюдь не коммерческий интерес.

 

— Это не работа, не ремесло, это часть моей жизни. Без гончарного круга я долго не могу, — делится Артур Альбертович. — Глина не отпускает…